Реклама

Автор : btamedia

Путешествие на "Графе Цеппелин"

Граф Цеппелин

В 1931 году сотрудничество СССР с Германией уже не имело столь широкого размаха, как еще два-три года назад, однако еще весьма активно продолжалось во многих отраслях науки и техники и даже промышленного производства. Сотрудничали страны и в военной области, а также имели довольно развитые торговые связи. Поэтому советское руководство и сотрудники госбезопасности не усмотрели ничего предосудительного или настораживающего в поступившем от немецкого воздухоплавателя Эккенера приглашении ряду советских ученых принять участие в воздушной арктической экспедиции.

Знаменитый немецкий воздухоплаватель и конструктор дирижаблей, которым прочили тогда большое будущее, доктор Хуго Эккенер (1868-1945) 25 июня 1931 года прибыл на огромном дирижабле "Граф Цеппелин" в Ленинград. Северная столица России встречала Эккенера и более сорока его спутников с помпой, оркестрами и большим воодушевлением - партийные и советские деятели, ученые и военные увлеченно и горячо говорили о дружбе и научном сотрудничестве между народами СССР и Германии. О предстоящей экспедиции много писали в газетах и вещали по радио.

 

Хуго ЭккенерЭккенер предлагал отправиться из Ленинграда надо льдами Баренцева моря к Земле Франца-Иосифа, а оттуда к Северной Земле, пролететь над огромным полуостровом Таймыр и озером Таймыр, взять курс на Новую Землю, а оттуда возвратиться в Берлин. Советское руководство без каких-либо проволочек дало немцам разрешение на полеты над северными территориями Союза.

В те годы там, где полегал маршрут экспедиции, лежала абсолютно безлюдная, лишенная не только какой бы то ни было промышленности, но практически даже редкого человеческого жилья дикая местность. Причем местность труднодоступная даже для авиации и дирижаблей, а судоходство в северных водах всегда считалось и действительно являлось делом сложным и опасным. Поэтому в руководстве СССР полагали, что никаких секретов там никто, даже при огромном желании, узнать все равно не сможет, а географические карты существуют и так - вне зависимости от полетов немецкого дирижабля.

Принять участие в научной полярной экспедиции немцы пригласили бывшего начальника арктической экспедиции на ледоколе "Красин", состоявшейся в 1926 году, известного своими трудами профессора Р.Л. Самоловича, специалиста по аэрологии профессора  П.А. Молчнова, инженера Ф.Ф. Ассберга и радиста высшей квалификации Э.Т. Кренкеля. Все они получили "добро" от советских властей на сотрудничество с немцами в изучении Арктики - руководство страны тоже имело собственный немалый интерес в свежих сведениях о северной труднодоступной местности, таящей в своих недрах немало различных богатств.

Перед полетом немецкий дирижабль "Граф Цеппелин" довольно основательно модернизировали в Ленинграде, чтобы подготовить к условиям непростой работы в Арктике. С дирижабля сняли часть оборудования, но зато для возможности его посадки на воду дно гондолы сделали водонепроницаемым и установили дополнительные поплавки, как на гидросамолетах. Кроме того, добавили научную аппаратуру и аппараты для перспективной и вертикальной аэрофотосъемки и установили дополнительное радионавигационное оборудование, без которого в то время в арктических условиях просто нечего было делать.
 
Наконец все необходимые работы завершились, и "Граф Цеппелин" взял курс через Баренцево море к Земле Франца-Иосифа, где в бухте Тихой прибытия дирижабля уже ожидал ледокол "Малыгин" для обмена почтой - тогда это служило самым надежным способом связи в бескрайних арктических просторах.

Путь от Ленинграда до Земли Франца-Иосифа занял у дирижабля около полутора суток. В бухте Тихая он совершил посадку на воду на очень короткое время. Потом вновь поднялся и продолжил полет по заранее обусловленному маршруту: на всякий случай представители советских властей и органов госбезопасности твердо настаивали на жестком соблюдении заранее согласованного и проложенного маршрута.

Р.Л. СамойловичПозднее профессор Самойлович, считавшийся научным руководителем экспедиции, говорил и писал, что почти за пять суток полета на дирижабле "Граф Цеппелин" совместно с немцами удалось проделать такую научную работу и добиться стольких результатов, на получение которых в обычных условиях потребовалось бы проводить экспедиции на ледоколах в течение нескольких лет.

Внизу, под дирижаблем, лежали покрытые нетающими снегами совершенно не изученные районы Арктики, и члены экспедиции непрерывно вели аэрофотосъемку побережья, делали замеры геомагнитных аномалий, что очень важно для навигации, изучали закономерности перемещения льдов. На карту, наносились заброшенные в безлюдных просторах, ранее совершенно неизвестные острова. По завершении экспедиции без каких-либо происшествий дирижабль прибыл в Берлин, где его встретили с восторгом.

Тогда существовало "Международное общество по исследованию Арктики" - к обширным просторам Ледовитого океана и прилегающих к нему областей научная общественность относилась примерно так же, как сейчас к Антарктиде, где проводятся международные исследования. От имени этой международной организации немцы вскоре опубликовали отчет о воздушной экспедиции, богато иллюстрировав его множеством фотоснимков. В стране социализма результаты исследований совместной с немцами научной экспедиции в Арктику практически не освещались, ни в широкой печати, ни в научных публикациях.

П.А. МолчановТеперь трудно неопровержимо доказать, что затеянная Эккенером экспедиция не являлась сугубо научной и не была инспирирована немецким генеральным штабом. Однако с большой долей вероятности можно предположить, что среди прибывших из Берлина более сорока членов экипажа дирижабля наверняка находились сугубо военные специалисты и разведчики, крайне заинтересованные в получении сведений об арктических территориях СССР. Это подтверждается тем фактом, что германский генеральный штаб, военно-морские силы и, в частности, впоследствии ставший весьма известным адмирал Карл Дениц, назначенный в 1939 году командующим подводным флотом Германии, не преминули удачно воспользоваться результатами немецко-советской арктической научной экспедиции при разработке планов военных операций на северных коммуникациях - немцы уже очень серьезно готовились к БОЛЬШОЙ ВОЙНЕ.

Здесь необходимо отдать должное советской разведке - пусть не во всех подробностях, однако о разработках генерального штаба вермахта и военно-морских сил Германии, а также об источниках сведений, которыми они располагали, стало известно Москве.

Э.Т. КренкельПомешать немцам уже не имелось никакой возможности, и за экспедицию перед бдительными чекистами ответил профессор Самойлович: его репрессировали как немецкого шпиона и врага народа. Впрочем, всем предельно ясно, что недальновидными и непрофессиональными оказались органы госбезопасности, а не посаженный профессор.

ТАЙНЫЕ ВОЙНЫ В АРКТИКЕ

Тем временем адмирал Дениц потратил немало сил, но разработал весьма оригинальную, смелую и подробную доктрину действий подводного флота в северных морях. Стоит отметить, что среди высших морских офицеров Германии того периода Дениц, пожалуй, являлся единственным фанатично убежденным национал-социалистом, пользовавшимся полным доверием и поддержкой фюрера. В 1945 году, незадолго до конца, Адольф Гитлер назначил своим преемником именно адмирала Карла Деница.

Адмирал был фанатом подводного флота. В 1935 году Германия имела только одиннадцать небольших подводных лодок, и сторонники "большого" надводного флота с определенной долей презрения относились к кригсмаринам. Но упрямый Дениц видел в них великое будущее и, как показало время, оказался прав! Он доложил лично Гитлеру о своих доктринах и получил его полное одобрение и, что самое немаловажное, деньги! Деньги на строительство новых боевых подводных кораблей.

К началу Второй мировой войны, то есть всего четыре года спустя, Германия имела в строю уже пятьдесят семь прекрасно вооруженных субмарин, а за годы войны немцы сумели построить тысячу сто пятьдесят три подводные лодки, потопившие три тысячи судов союзников и двести военных кораблей!

По настоянию Деница строились специальные подлодки для войны в условиях Арктики и плавания в северных морях вблизи берега - там существуют свои, специфические условия навигации. Вполне естественно, что эти лодки нуждались в специальных надежных базах для дозаправки топливом, отдыха экипажей и ремонта ходовой части и корпуса, а также для пополнения боезапаса и обеспечения устойчивой связи с командованием и обмена почтой. В конце концов, даже при значительном - более восьми тысяч миль! - радиусе действий немецких кригсмарин они все равно не могли находиться в плавании бесконечно, как бы об этом ни мечтал адмирал Дениц. Даже фанаты-подводники - люди со своими слабостями, а вусловиях жесточайшей тотальной войны сдает даже сталь.
 
Дирижабль ЦеппелинИ тут Дениц выдвинул крайне смелую идею, основанную на результатах научной экспедиции Эккенера-Самойловича: создать секретные базы для немецких подлодок на пустынных островах в устьях рек... СОВЕТСКОЙ СЕВЕРНОЙ ТЕРРИТОРИИ. В тот период она была практически полностью необитаема, и граница Союза там практически не охранялась - от кого охранять огромные, безлюдные, покрытые вечным льдом невообразимые пространства, страшно далекие от любых других держав? Тем более, добраться до тех мест считалось практически невозможным, особенно учитывая уровень развития техники.

Дерзкая идея адмирала сначала не нашла поддержки, но оказалась крайне актуальной, когда в Мурманск пошли конвои союзников, а перед гитлеровским ВМФ встала задача во что бы то ни стало перерезать эту артерию, снабжавшую воюющую Россию военной техникой, продовольствием и связью. Пусть помощь не играла решающей военной роли, зато насколько силен был МОРАЛЬНЫЙ ФАКТОР! Полная изоляция СССР!

Конвои союзников подвергались постоянным воздушным атакам, их караулили немецкие рейдеры и... прятавшиеся на секретных базах немецкие субмарины, постоянно ставившие пытавшихся их уничтожить морских охотников в тупик. Подводные лодки исчезали, как призраки, и никто не мог понять куда. А на самом деле они шли на тайные базы в дальний советский тыл.

Адмирал ДеницНемцы полностью уверились, что тайные базы не будут обнаружены советской авиацией и моряками, а от разведки противника их надежно прикрывал Абвер. Строительство сооружений, преимущественно зарытых в лед или даже вечную мерзлоту, осуществляло в обстановке полной секретности ведомство Тодта. В 1942 году Дениц перенес свой штаб в Париж и оттуда руководил работами в Арктике. Вполне понятно, что единственной суперсекретной базой немецкие подводники обойтись не могли, им требовалось несколько таких объектов, которые в случае внезапного обнаружения и уничтожения одного или нескольких из них свободно могли дублировать друг друга.

Строители доставлялись на место работ на подводных лодках, как и практически все необходимые для обустройства объектов материалы. Достаточный опыт строительства в снегу и льдах немцы уже имели - в период Первой мировой войны немецкие, итальянские и австрийские войска вели войну во льдах в Альпах, пробивая в ледниках длинные тоннели и устраивая бункеры. Что стоило немецким техникам и строителям оборудовать временную стоянку кригсмарин с замаскированными немногочисленными постройками на каком-нибудь необитаемом островке, затерянном в бескрайних ледяных просторах Арктики?

Обнаружение таких секретных баз немецких подлодок действительно являлось делом очень сложным - в третьем рейхе умели надежно хранить свои сокровенные тайны, а ввоенный период советские самолеты над отдаленными арктическими районами практически не летали. Горючее являлось дефицитом, все шло для фронта, да и что делать авиации там, где не проходили судоходные трассы и не стояло никакого жилья?

Скорее всего, советские органы госбезопасности все же получили определенные данные о секретных базах немецких кригсмарин в Арктике... но это произошло только после победы, при активной работе с военнопленными, которым уже было нечего скрывать.

Второй вариант - госбезопасность узнала о секретных базах в Арктике из трофейных документов немецких спецслужб. Однако НКВД - МГБ - КГБ тоже умели хранить собственные тайны, а признание наличия секретных баз противника в нашем тылу наносило по престижу госбезопасности страшный, практически непоправимый удар, разбивавший множество любовно созданных за десятилетия мифов о непогрешимости, всеведении и тому подобном - еще бы, ПРОМОРГАТЬ ТАКОЕ У СЕБЯ ПОД НОСОМ! Поэтому официально в существовании секретных баз не сознавалась ни та, ни другая сторона.

Отчего же молчали немцы? Скорее всего, этими базами надеялись еще воспользоваться... американские разведчики, развернувшие в Арктике беспрецедентную радиоэлектронную войну с СССР в конце сороковых - начале пятидесятых годов XX века. Эти секретные и бесшумные сражения продолжались больше полутора десятков лет!

Тем не менее, отдельные сведения все же просачивались в печать! В художественных фильмах стали показывать секретные базы, а в начале 60-х годов XX века на одном из островов в устье Лены местные жители якобы обнаружили заброшенную немецкую базу. Туда собрались направить экспедицию с участием журналистов, однако дело, видимо, серьезно притормозила всесильная госбезопасность, а потом начались перестройка и развал Союза, и всем стало не до баз.

На побережье Карского и Баренцева морей, в окрестностях Тикси и на Таймыре находится множество железных бочек, оставшихся еще со времен американского лендлиза, но среди них нет-нет да и попадаются бочки с белым, распластавшим крылья орлом, сжимающим в хищных когтях венок со свастикой - маркировка нацистских вооруженных сил. Откуда они там взялись? Неужели море принесло, не превратив в ржавую труху своей всеразъедающей солью?
Геологи доверительно рассказывали, как на побережье Таймыра в вечной мерзлоте находили бляхи от ремней со свастикой, "украшенные" свастикой алюминиевые ложки и прочую утварь. Неужели все это занесло в мерзлоту тоже морем? А лагерей военнопленных там не БЫЛО!

Вполне вероятно, что где-то до сей поры в необитаемых районах российской Арктики спрятаны неизвестные сокровища рухнувшего в сорок пятом третьего рейха, доставленные туда субмаринами адмирала Деница. Вопрос о существовании в Арктике секретных нацистских военно-морских баз остается открытым, а их тайна по-прежнему неразгаданной.

 

ПечатьE-mail